"Ода нарциссу" - Международный Психоаналитический Центр Семьи

Наши отечественные фильмы, например, «Брат» или зарубежные про убийц, преступников всех мастей, сериалы, например, «Бригада», с представлением их главных героев в образах робингудов, борцов за социальную справедливость, спасителей обиженных и угнетенных или жертв несправедливого общества, которое вынуждает их идти на преступление, всегда вызывали у меня раздражение, переходящее в злость. Особенно, когда юные девушки, подруги моей дочери, начинали вздыхать по красоте и благородному облику Саши Белого — лидера бандитской группировки в исполнении тогда еще молодого героя — любовника Сергея Безрукова в сериале «Бригада». «Неправильные ориентиры» — хотела я им перечить, но удерживалась, понимая, что великая сила искусства может заставить неокрепший разум поклоняться любым идолам! Лучший фильм о преступниках, по-моему мнению, «Мой друг Иван Лапшин» режиссера Алексея Германа, которого неоднократно упрекали в дегероизации эпохи и очернении действительности.

Это предисловие к моим чувствам в начале просмотра фильма «Ласнер». Не хочу быть аналитиком в рассмотрении картины злодейства. Но договорилась с собой, вспомнив светлый образ Эстелы Уэллдон, британского известного судмедэксперта и психоаналитика, и ее мощный призыв, что пенитинциарная система, ведающая исполнением уголовных наказаний, мало способствует искоренению зла. А скорее просто успокаивает паранойю населения, на какое-то время упрятав убийцу за решетку! «Хватит думать, надо действовать!» — призыв властей к стражам порядка. И тогда думать приходиться нам, психоаналитикам, отодвинув в сторону свое личное чувство неприятия по отношению к человеку, совершившему преступлению.
Итак, давайте думать!

Я оценила фишку режиссера, который сначала показал нам конец фильма — казнь.Интриги нет, мы знаем , чем закончится жизнь главного героя и фильм. Но мы зрители в ловушке вопроса: «Почему»? А могло ли быть иначе? Фильм начинается и заканчивается смертью. Хотя последний кадр — глаза Ласнера! Что в них? Страх? Нет?Да! Прощание с жизнью? Да. Гордость? Гордыня? Сила? Надменность? Уверенность человека, добившегося своей цели? Месть сильного слабым? Насмешка над всеми нами, кто боится смерти? Да! Да! Да! Но также немой крик к матери: «Зачем родила и обрекла на жизнь! Нелюбовью обрекла на Смерть!» (Хотя это только мои проекции).

И я начну с конца. Из речи на суде подсудимого Пьера-Франсуа Ласнера, защищавшего себя без помощи адвоката самостоятельно:
«Уважаемый, господин Председатель! Если бы я был благопорядочным , я был бы бонапартистом при Бонапарте, карлистом при Карле и филипистом при нынешней власти. И республиканцем при республике! Вопрос! В революции зло берет верх над добром. При революции льется слишком много крови! Как будто секрет нашего благоденствия таится не в наших внутренних ресурсах, а в химере политической свободы? Но еще меньше почтения я питаю к твердолобой монархии — прошлой и нынешней!

Я — самоубийца. Стал бы я так говорить, стал бы Вас оскорблять, стал бы бросать вызов благонамеренным господам? Я не допущу, чтобы говорили, что я убивал во имя каких-то идей и принципов! Я не терплю доктрианства!(слепое, педантичное следование какой-нибудь доктрине). Лишь врожденная способность наблюдать за современниками привела меня к мысли расстаться с ними, при этом как можно громче хлопнув дверью. Да,господа, я убивал лишь для того, чтобы заставить вас убить меня!Теперь вы вынуждены сделать это! Я сам выбрал такой путь смерти. Поднимусь к ней по лестнице! Я иду к ней! И никто из вас мне не помешает!»

Ласнер красноречив, умен, обаятелен, честен, если это позволено говорить о человеке, который ворует. Но он честен по отношению к себе. Он поставил перед собой цель — обвинить весь мир в своем страдании и с упорством маньяка идет к ней! «Ласнер предает только тех, кто предал ЕГО!» — его слова.

Первое убийство на дуэли карточного шулера (дуэль не считалась в то время убийством, хотя она и была проведена без секундантов, то есть как самосуд, хотя из согласия второй стороны, которая выстрелила первой, но промахнулась, да, и пистолет был не заряжен — еще одна махинация Ласнера! А Ласнер не промахнулся- меткий стрелок! Про двух человек, действительно им зарезанных, он говорит, оправдывая себя, что это был скупщик краденого и его мать -сообщница. Таких можно убивать, то есть он позволяет себе осуществлять высший Суд-отнимать у человека жизнь, если по его представлениям она никчемна. Вот эта зарезанная и задушенная в кровати старая женщина-мать и стала прообразом старухи, которую убивает Раскольников в романе Достоевского «Преступление и наказание»! Вспоминаем риторическое-«червь я или право имею?» Реальный человек Пьер — Франсуа Ласнер, его жизнь и судьба произвели в то время огромное впечатление на окружающих, на нашего Федора Достоевского, в том числе! Вымышленный Раскольников — прототип реального Ласнера! Такие типажи — бунтари — одиночки, непонятые обществом Герои, всегда вызывают бурю эмоций и заражают нас «великолепием» своего нарциссического обаяния!
Действия, поступки взрослой жизни — отыгрывание детских инфантильных травм. А что же там в детстве у Пьера — Франсуа? Это почтеннейшая публика и мы узнаем из мемуаров, написанных в тюрьме. Правда или ложь в них? Никто не узнает, не у кого спросить, не у кого оспорить, так как издать велено строго после смертной казни, чтобы уже невозможно было ничего исправить. Ни одной строчки! Хотя издатели поцензурили всласть, убрали им неугодное. Например, призыв к смерти, чтобы не было молодежной эпидемии — очереди на гильотину.

Мемуары — нарратив, психическая реальность, которую не «испортить» никакими реальными фактами.
То, что мы знаем из мемуаров, мы знаем из мемуаров — холодная мать, отстраненный отец. Из фильма — инцест матери со старшим братом Ласнера практически на глазах у младшего. 60 поцелуев от матери старшему сынку на глазах у младшего и предложение поваляться в постели. За это Ласнер крадет у нее из шкатулки 60 франков по сговору с братом, но не крадет, а берет за молчание! 60 франков за нелюбовь! Кому «повезло» больше -старшему сыну или младшему? Соблазненному или отвергнутому? Нам не показано, когда это началось. Мы видим итог отношений, от которых возникает ощущение тошноты, отвращения и брезгливости.

Эмоциональная депривация или эмоциональный симбиоз переживаются ребенком, как потеря или насилие над Я (над его самоидентичностью), как насильственная манипуляция со стороны очень значимого Другого. Мать отвергла младшего в пользу старшего, слияние Пьера с молодой няней скорее было симбиотическим сиблинговым слиянием при раздражении и злости родителей. Эмоциональная депривация, то есть лишение ребенка попечения, заботы и тепла в самые сензитивные для психики периоды: младенчества, детства и отрочества, способствуют развитию мучительного состояния хронического и неутолимого эмоционального голода, внешне проявляемого в неустанном поиске через примыкание или присасывание к значимому другому Другому.
На это место встал молодой и красивый священник Де Лязиньон из школы иезуитов, куда родители сплавили подростка Ласнера. «Лучше бы он был уродом! Я его ненавижу! Я его люблю!» -говорит Ласнер о своем наставнике. Благодаря ему он выжил в тяжелой и убивающе скучной атмосфере бесконечных месс, обеден и проповедей. Мысли о самоубийстве пришли тогда. «Школа сделала меня таким, какой я есть».

Любовная связь с наставником, учителем, старшим педагогом, значимым Другим или инцест связан с предательством, с обманом доверия со стороны человека, который может и должен защитить и признать твое собственное место, а не давать признание за счет эксплуатации слабого и эмоционально и физически зависимого подростка. Взрослый через сексуализацию отношений удовлетворяет какую-то свою потребность: во власти, в физическом контакте, в признании за счет более слабого, находящегося в уязвимом положении. Сексуализацией здесь может быть все, что угодно — начиная с ласковых прикосновений во время причастия, повторяющихся словесных замечаний о божьей любви к человеку, как провокационных и соблазняющих, до орального или анального полового акта и(или) мастурбации с жертвой или в ее присутствии. Так первые сексуальные опыты предопределили гомосексуальность Ласнера. «Я всегда любил вас»,- говорит Ласнер священнику на свидании в камере смертников. «И Христа, надеюсь»,- добавляет Де Лязиньон. «Его я знаю меньше»-отвечает Ласнер. Цинизм первого и потрясающий сарказм второго. Начинаешь проникаться симпатией к главному герою. Потом на замену священнику придет сообщник — юный друг Авриль
Инцест — убийство души.

Здесь уместно будет вспомнить случай Пауль Даниэля Шребера, описанный Фрейдом , как клинику параноидной шизофрении. Его отец был педагогом, который превратил изощренную систему образования в совершенную систему подавления и опробовал ее на своем сыне. Ее целью было абсолютное послушание отцу, средством достижения этой цели — подавление и запугивание. В своих записях психологический эффект этих авторитарных и репрессивных воспитательных мер сын назвал «убийством души». Убийство души имеет дело с бесчеловечностью, с уничтожением того, что является сутью человека, с посягательством на человеческое достоинство и личную идентичность. Отец Ласнера (биологический) самоустранился. Его роль с «успехом» взяла на себя школа иезуитов с символическим отцом, карающим и соблазняющим в образе Всевышнего и его наместника на земле в человеческом облике священника Де Лязиньона. Подросток Пьер-Франсуа пытался бороться, объявляя себя протестантом в противовес господствующей доктрине католицизма. Протестанты вносили раскол в существующее богословие строгим отношением к более существенной внутренней составляющей веры и менее строгое к внешней обрядовой стороне. Подростковый бунт закончился отчислением. А «бунт» взрослого Ласнера обвинением в педофилии! Сын кастрировал Отца, кастрировав и себя тоже! (Эпизод про семилетнюю»дочку» Эрмину).

Убийство души инцестом, как тотальное нападение на человечность приводит к тому , что ребенок больше не может думать и чувствовать, как другие дети, все его поведение преобретает другой оттенок. Его идентичность нарушена в самой сердцевине, в том числе его сексуальная идентичность. И тогда понятно, почему взрослые женщины не прощают своих мучителей, так как невозможно простить человека, который умертвил их душу и украл надежду на жизнь и любовь. Позже изнасилованные женщины выбирают мужчин, которые снова насилуют их. Они становятся жертвами. Юноши же чаще становятся преступниками. В этом отличие мужской и женской перверсии. Женская направлена внутрь — на собственное тело и детей, как его нарциссическое продолжение, а мужская агрессия направлена вовне.
Преступники в данном случае отец и мать Ласнера. Мать, которую он идеализирует, и отец, которого ненавидит,уничтожает презрением и цинизмом, но и боится. «.Дождусь в армии смерти отца — стану богатым». Отец его по сути проклял, когда показав из окна фиакра гильотину, сказал: «Смотри, что тебя ждет!».Это мы много раз слышали в другой формулировке:» Я тебя породил, я тебя и убью!» — Гоголь, «Тарас Бульба». Гоголь поскромничал, сказано: «Чем я тебя породил, тем и убью». Послания-проклятия отцов и матерей, как показывает мировая история, мифология и клиническая практика, как правило сбываются!
Ненависть на отца смещается на все общество! Игрок Ласнер теперь играет не только в карты на деньги, но и с жизнью на смерть! «Я люблю обольщать и порабощать — ибо это единственная радость, которую общество мне оставило!» Вот оно рождение Нарцисса, маски сброшены, эмоции обострены. «Я — жалкий Сатир, удовлетворяющий свои низменные страсти!» Прочь с дороги мелкие недостойные людишки, он нашел смысл Жизни: «Убийство-это удовольствие!»Убийство себя, в том числе!
«К черту всякую мораль.Плоть потешить не пора ль? К черту так же скупость! Это же ведь глупость! «Марсельезой» для бандитов и уголовников Ласнер прославил себя на всю Францию. Но писательским трудом на жизнь заработать не смог.
Отношения с женщинами. Коротко. Эрмина не в счет, то ли дочка, то ли младшая сестренка. А в остальном, все признаки расщепления — идеализация Женщины и обесценивание(Мать,Мадонна или Блудница) с невозможностью любви. » Я не знаю смогу ли овладеть женщиной более или менее порядочной,к которой я отношусь с почтением? Женщина должна мне либо сопротивляться, либо быть простолюдинкой. Насиловать или нисходить!» — формула любви и тип отношений, возможный для Ласнера.
Интересный режиссерский прием, новый для 90-ых, когда снимался фильм, и расхожий в современных фильмах. Главный герой три раза за весь фильм смотрит в камеру, прямо на нас зрителей со словами, обращенными ко всем и каждому.В первый раз: «До чего же глубоко ощущаешь одиночество узнав ,что отец разорился. Нет, чтобы просто отошел в мир иной , оставив тебе наследство!», во второй раз: «Благодарю за добропорядочность,ибо следует остерегаться излишней добропорядочности!» и в третий раз — молча перед ударом гильотины!

«Добропорядочность» ставим в кавычки в применении к обществу, а Одиночество пишем с большой буквы! А за всем этим молчаливый укор и завещание всем своим собратьям самоубийство на гильотине, как наилучший способ показать — отыграть, как сказали бы психоаналитики, всем живущим действием ТО, что невозможно донести СЛОВОМ!

9 января 1836 год! Смертная казнь! Гильотина! «Ласнер предает только тех,кто предал его!»
Жизнь обрела смысл после Смерти!